Новости Электротехники 3(123) 2020





<  Предыдущая  ]  [  Следующая  >
Журнал №5(17) 2002

«Многое электрооборудование, выпускаемое в России, не проходит надлежащих испытаний»



Научно-исследовательский центр по испытанию высоковольтной аппаратуры (НИЦ ВВА) проводит испытания электротехнического оборудования различного назначения и принципов действия (выключателей, разъединителей, предохранителей, силовых и измерительных трансформаторов, токопроводов, реакторов, КРУ, КТП, ограничителей перенапряжений и др.) на коммутационную способность, термическую и динамическую стойкость к токам КЗ, нагрев номинальными токами, локализационную способность (дугостойкость), взрывобезопасность и механическую износостойкость, а также проводит испытания электрической прочности изоляции.
Через НИЦ ВВА проходит большинство электротехнического оборудования, используемого затем в энергетике России. Кто как не руководитель центра лучше других знаком с новыми разработками, с проблемами, которые возникают при их внедрении?



Мы беседуем с исполнительным директором НИЦ ВВА Александром Малышевым


— Александр Владимирович, в прошлом году РАО ЕЭС возложило на НИЦ ВВА обязанности эксперта по высоковольтной коммутационной аппаратуре, то есть ваш центр стал главным «советником» РАО по выбору оборудования этого типа. Почему именно вы?

— НИЦ ВВА является самой мощной в России экспериментальной базой по испытаниям токами короткого замыкания и не уступает по испытательным возможностям большинству аналогичных зарубежных лабораторий. Кроме того, у нас давние тесные связи с РАО «ЕЭС России», мы, можно сказать, изнутри знаем всю энергетику страны.
Дата рождения нашего центра – октябрь 1964 года. Причем его создание задумывалось еще до войны — на начальной стадии бурного роста энергетики, освоения напряжения 110 кВ, разработок 220 кВ. Но помешала война. К идее создания центра для проведения испытаний нового оборудования, которое должно было поступать в энергетику, вернулись только в начале 50-х годов. Через НИЦ ВВА в принципе прошла вся высоковольтная техника, которая до сих пор работает в российской энергетике, – от 110 кВ и выше.
Сейчас мы имеем два ударных генератора с мощностью короткого замыкания 2500 МВА каждый, которые могут работать параллельно, выдавая 5000 МВА. Плюс еще один генератор поменьше — на 2000 МВА. В 1992 году была проведена модернизация зала больших токов, замена ударных трансформаторов, и сейчас в зале больших токов мы можем получать до 500 килоампер тока в течение 3–4 секунд. Решен вопрос испытаний любого вида электротехнического оборудования, за исключением, может быть, некоторых генераторных токопроводов. Правда, заказов на них пока не было.
Если говорить о выключателях, то в Российской Федерации сейчас никто, кроме НИЦ ВВА, не может испытать, скажем, 500-киловольтный двухразрывный выключатель. Да и мы не сможем обеспечить все режимы его испытаний, хотя в 1996 году провели модернизацию нашей синтетической схемы. Такой вот тревожный симптом: ни один из четырех крупных российских испытательных центров (помимо НИЦ ВВА, это ГНЦ ВЭИ, НИИ «Уралэлектротяжмаш», Санкт-Петербургский НИИВА – ред.) не может провести полноценные испытания оборудования такого класса.

— Для этого необходимо, насколько я понимаю, обновление вашей испытательной базы, что требует немалых финансовых затрат...

— А деньги мы получаем только за счет выполнения заказов. Бюджетного финансирования нет. Был постоянный заказ от РАО «ЕЭС России», но в этом году он составляет не более 10% от общего объема. Нашими основными заказчиками являются заводы-изготовители. И все равно нам не хватает объема заказов, чтобы обновлять оборудование. Сейчас у нас загрузка такова, что мы работаем только в одну смену. Кроме того, случаются неприятные и для нас, и для заказчика вещи: допустим, планируется большая программа испытаний, нам привозят аппарат, а в самом начале происходит его разрушение... Такая ситуация сложилась в начале осени: четыре заказчика – российские заводы-изготовители, четыре вакуумных аппарата, и ни один не выдержал первой стадии испытаний (изоляция, стойкость при КЗ, нагрев).
Вообще в последние годы складывается довольно любопытная тенденция. Раньше заказчики стояли в очереди. Два крупнейших производителя оборудования на 110 кВ и выше в стране – «Урал-электротяжмаш» и «Ленэлектроаппарат» испытывали у нас все свои новые разработки для энергетики. Но уже более десяти лет мы их у себя не видим. Хотя эти предприятия, насколько я знаю, продолжают работу. О чем это говорит? О том, что многое выпускаемое оборудование не проходит полноценных испытаний.

— Получается, что возможно выпускать оборудование без испытаний?

— Конечно, нет, но можно испытать его на 100%, можно с запасом, а можно — на 50%. Можно испытать его по прямой схеме, так, как это нормируется ГОСТом, можно создать так называемую эквивалентную (читай упрощенную) схему и провести испытания по ней. Например, на небольшом сетевом стенде. Но факт остается фактом: крупные отечественные заводы не испытывают у нас свою продукцию уже более десяти лет. Это настораживает. Посмотрите на ведущих зарубежных изготовителей электротехники – Siemens, ABB, Schneider Electric, у них испытательные базы перегружены, причем своими изделиями. Нет проблем с заказами и у независимых зарубежных центров – нидерландского КЕМА, итальянского СESI. Как же возможно такое положение: разрабатывается новая отечественная техника – вакуумная на 10 кВ, элегазовая на 110 кВ и выше, – а российские испытательные центры не загружены?
Мне приходилось слышать такое мнение, что испытания просто не нужны. При этом не рассматривается проблема финансовых затрат на испытания. Не проводя испытаний, изготовитель может и сам в документации написать: расчетные величины такие-то. И такое оборудование до сих пор и продают, и покупают. А если испытывать, то можно проиграть: произойдет разрушение оборудования и придется либо доводить конструкцию «до ума», либо снижать заявленные параметры. Вот это основная причина, из-за которой не хотят проводить испытания. И, к сожалению, есть обходные пути в получении сертификатов. У меня есть протоколы так называемых «испытаний», где на 50 страницах приводится перечень проверок. Допустим, проверка сборочного чертежа, размеров, еще чего-то. Дальше идет графа: соответствует току короткого замыкания. Следующая: коммутационная способность – «соответствует». Но как это определено? На наш вопрос, где проводились испытания, следует ответ: у нас своя лаборатория есть. Но как провели испытания на коммутационную способность? Ведь это возможно сделать только в крупных центрах. Следует или молчание, или фраза «испытано в эксплуатации». Да где же в эксплуатации разрешат проделывать такое?
Сейчас очень много разговоров о том, что сертификация не нужна. Но если отменить сертификацию высоковольтного оборудования, то энергетика страны будет поставлена на грань краха – на рынке появится огромное количество откровенно опасных и ненадежных изделий. А ведь обязательная сертификация и так включает в себя очень мало проверяемых параметров.
Например, у высоковольтных выключателей это проверка заземления, блокировок, испытания напряжением 2 кВ вторичных цепей, наличие надписей и расцветки. И все! А такой важный вопрос, как, например, коммутация, в этот перечень не входит.
В ячейках КРУ в обязательные (сертификационные) не входят испытания заземляющих ножей на стойкость к КЗ. А ведь это один из основных критериев безопасности.
Бытует и такой подход – в обязательных требованиях к сертифицируемому оборудованию оставлять минимум. Тогда можно будет аккредитовать очень много лабораторий, которые смогут этот минимум сделать: проверить чертеж, в лучшем случае испытать напряжением 2 кВ вторичные цепи и проверить блокировки. И выдать сертификат.
Я считаю это неправильным. Поэтому добиваюсь и, надеюсь, добьюсь того, чтобы проводились обязательные испытания по основным определяющим характеристикам всего высоковольтного оборудования, которое производится в России. Сейчас мы готовы провести контрольные испытания выпускаемых выключателей различных типов, причем уже отгруженных заказчику. Ведутся переговоры с потребителями о финансировании контрольных испытаний. Нам самим интересно, что покажут испытания.

— Если говорить об обязательных испытаниях выключателей на 10 кВ, то по каким основным параметрам они требуют испытаний?

— Не будем говорить об испытаниях изоляции и номинальными токами, потому что все заводы-изготовители обязаны в приемо-сдаточной лаборатории иметь установки на напряжение 42 кВ промышленной частоты и, как правило, источники тока на 600–2000 А.
Во-первых, коммутационная способность. И при коммутации обязательная проверка переходного восстанавливающего напряжения – ПВН. Кстати, мы единственный испытательный центр в Российской Федерации, который сейчас записывает ПВН по нормальной схеме (весь процесс для каждой фазы), на осциллографах, у которых время развертки 5 наносекунд. Во-вторых, обязательно коммутационные циклы.
В-третьих, коммутационный ресурс. Плюс сейчас мы готовимся к внедрению в России стандарта МЭК 1233, согласно которому должны проводиться специальные испытания всех типов выключателей на возможность возникновения перенапряжений в наиболее неблагоприятном случае, при отключении заторможенного двигателя. Действующий ГОСТ этого не требует.
В прошлом году наш Центр провел в этом направлении исследовательскую работу по заказу РАО «ЕЭС России», основанную на западных требованиях. Мы испытали на наличие перенапряжений масляные, вакуумные и элегазовые выключатели на 10 кВ. А заодно посмотрели, как работают различные типы ограничителей перенапряжений.

— И какие результаты получили?

— И вполне ожидаемые, и не очень. Самые большие перена-пряжения по МЭК 1233 дали вакуумные выключатели и, что для нас явилось сюрпризом, масляные. У элегазовых выключателей коэффициенты перенапряжений намного меньше.

— Итоги этой работы подвергались широкой огласке?

— Нет. Каждый завод–изготовитель получил результаты испытаний только его продукции. Есть коммерция, а есть исследовательская работа. По ее результатам производители получили возможность совершенствовать свою продукцию.
Вообще я считаю, что по этой схеме необходимо испытывать все выключатели, а в паспортных данных указывать коэффициент перенапряжения. Это пойдет на благо потребителю. В каких-то случаях ведь можно и отказаться от применения ОПН, если уровень перенапряжений конкретного выключателя не окажется выше приемлемого для оборудования. Полученные результаты являются предварительными. Нам важно было создать схему, подготовить средства измерений и автоматики. До полного внедрения МЭК 1233 предстоит проделать большую работу. Мы надеемся на поддержку РАО «ЕЭС России» и Федеральной сетевой компании.
В процессе работы был создан прибор автоматического управления опытом (ПАУ). Он обеспечивает коммутацию в заданные моменты времени (точность 80 мкс), что очень важно для получения максимальных перенапряжений. Прибор мобильный. Его можно использовать на действующих объектах для выявления уровня максимальных перенапряжений и режимов работы, в которых они появляются, проверять эффективность действия установленных ОПН.

— По итогам исследований получается, что лучше применять элегазовые выключатели?

— Необходимо рассматривать конкретно каждый объект, для которого выбирается выключатель. Немаловажен для многих, например, такой параметр, как коммутационный ресурс выключателя (сколько он выдержит воздействий тока короткого замыкания). Для вакуумных выключателей 6-10 кВ правила хорошего тона – минимум 50 отключений токов КЗ. Коммутационный ресурс элегазовых выключателей почти втрое меньше – 15-20 отключений, масляных – до 10 отключений. Важны и стоимостные показатели.
У масляных и элегазовых выключателей меньше, чем у вакуумных, и механический ресурс. Для некоторых потребителей это очень важный параметр.

— Какие приводы выключателей, по вашему мнению, наиболее надежны?

— Если бы я был эксплуатационником, то выбрал бы пружинный привод. Во-первых, конструкция этих приводов достаточно отработана. А во-вторых, можно быть уверенным, что при отсутствии оперативного напряжения можно будет сделать необходимые операции. Хотя проще, конечно, электромагнитный привод.

— Всегда ли заявленные производителями технические характеристики оборудования соответствуют реальным?

— Для выявления этого и проводятся испытания. Невозможно провести сертификацию на безопасность и не проверить, выдерживает ли выключатель длительное протекание номинального тока. Не буду называть завод-изготовитель, у которого недавно аппарат при испытаниях не прошел по заявленному номинальному току. Все остальное в порядке, а номинальный ток – нет. Пришлось специалистам завода заявить номинальный ток на ступеньку ниже, а самим тем временем заняться вопросами серебрения контактов, увеличения сечения и так далее. Не испытай мы этот аппарат, он пошел бы в эксплуатацию и кто знает, чем бы все закончилось.
То же самое и по токам отключения. У одного заказчика выключатель не выдержал заявленные 25 кА, другой заявлял ток в 31,5 кА – при испытаниях контакты приварились. Продукция третьего коммутацию прошла, а в цикле аппарат отказал. Редко, но бывает, что заказчики просто уходят от нас в поисках других путей сертификации. Но в большинстве случаев все же доводят оборудование до требуемых параметров. Например, несколько месяцев назад мы испытывали ячейку КРУ – все нормально, кроме локализационной способности. Конструкторы сделали соответствующие экраны, что-то уплотнили, уверяют, что теперь ячейка в порядке. Скоро проведем повторные испытания.

— Есть мнение, что современные разработки российского оборудования ни по качеству, ни по надежности не уступают западным. Вы испытываете и то, и другое.

— К сожалению, на испытания уже давно практически не поступает техника наших заводов-изготовителей на 110кВ и выше. Поэтому в этой области я ничего сказать не могу.
А ниже 110 кВ есть хорошие отечественные разработки, которые по своему уровню приближаются к западным. Прекрасное производство у Ровенского завода высоковольтной аппаратуры, самарского «Электрощита», петербургского ПО «Элтехника». Неплохие выключатели делают саратовский «Контакт», «Таврида Электрик», Минусинский завод. Но для того чтобы встать в один ряд с западными производителями, этим предприятиям надо еще много трудиться. И все-таки прогресс российских заводов в технике 6-10 кВ очевиден. А иначе и быть не может, потому что конкурентная борьба на электротехническом рынке очень острая.

— НИЦ ВВА занимается испытаниями не только готовых изделий, но и опытных образов. Есть ли у российских предприятий новые интересные разработки?

— Два года мы проводим испытания элегазового оборудования РФЯЦ-ВНИИЭФ (г. Арзамас) — выключателей на 10 кВ и 110 кВ. Но пока не все получается, продолжается процесс доводки. Однако разработки перспективные, ведь отечественных элегазовых выключателей 6-10 кВ в настоящее время нет.
Выключатель на 110 кВ уже подготовлен к испытаниям и находится у нас. Макетные образцы выключателей 6-10 кВ уже прошли испытания и получили положительную оценку. Но в данный момент у завода трудности с финансированием. Если оно наладится, то в скором времени мы проведем полный комплекс испытаний, и в России появится отечественный элегаз на среднем напряжении.

— Ваш центр работал с различными производителями ячеек КСО. Сильно ли продукция различается по локализационной способности?

— Начнем с того, что как раз среди изготовителей ячеек КСО много тех, кто пользуется при сертификации «левыми» путями (не в полном объеме проверяется соответствие параметров функционального назначения), т.к. большинство требований не входят в объем обязательной сертификации. Ведь сейчас, наверное, только ленивый не делает ячейки КСО. К нам приходят заказчики, мы объясняем им все условия испытаний – большинство уходят и не возвращаются. Потому что для того, чтобы внедрить в производство ячейки КСО по нормальной схеме – по современным техническим условиям, по квалификационным испытаниям, необходимы приличные деньги.
А локализационная способность очень разбросана по производителям и по конструкциям. Правда, изначально к ячейкам КСО не предъявлялись требования по локализации. Поэтому это очень тонкий вопрос. Но необходимо проводить модернизацию выпускаемых ячеек КСО, чтобы они выдерживали локализацию: должна обеспечиваться безопасность эксплуатации.

— Существует ли тенденция к ужесточению испытаний как ячеек КСО, так и КРУ?

— Я считаю, что необходимо просто проводить испытания, а ужесточать их незачем. В целом программа испытаний достаточно разумна. По ячейкам КРУ, кстати, возникают интересные вопросы. Некоторые изготовители пишут: КРУ с выключателями... – и далее перечисляются марки всех известных выключателей: Минусинского завода, «Таврида-Электрик», саратовского «Контакта», Siemens, ABB и т.д. А один изготовитель вообще в документации написал: КРУ с масляными, элегазовыми и вакуумными выключателями – чтобы не переписывать все марки.
Мы говорим: так не пойдет, давайте испытывать. Вы пишете «пятнадцать типов выключателей». Но для разных выключателей в КРУ необходимы разные выкатные элементы, то есть пятнадцать выкатных элементов. И испытать, по идее, нужно все. Но не всякий производитель выдержит такие испытания с финансовой точки зрения. У нас существует отработанная процедура. Для испытаний выбираем наиболее слабые образцы и обязательно обосновываем этот выбор (называется эта процедура «выбором типопредставителя»). У одного образца, например, минимальные расстояния до стенок шкафа, у второго – минимальное сечение шин, у третьего наиболее слабые фиксирующие устройства и т.д. Их мы и испытываем. Причем протокол мы даем только на те образцы, которые испытали, с обязательным приложением осциллограмм. А на остальные изделия распространяются результаты испытаний и последующая сертификация.

— Изменился ли в последнее время подход к выбору оборудования у РАО «ЕЭС России» и его дочерних предприятий?

— Конечно. Первым делом было решено оградить предприятия РАО от недобросовестных производителей, в связи с чем в РАО были выпущены соответствующие документы. Отечественное оборудование должно быть принято межведомственной комиссией с участием представителей РАО, импортное оборудование – пройти экспертизу с привлечением специально назначенных приказом по РАО экспертных организаций. Более того, оборудование следует покупать только у производителей, аккредитованных в системе аккредитации и аттестации РАО «ЕЭС России».
Кстати, нашим центром в этом году подготовлено информационное письмо РАО «ЕЭС России», в приложениях к которому перечислено все оборудование, которое прошло приемку или экспертизу, и все аккредитованные заводы-изготовители. Думаю, что ознакомление с этими списками будет полезно и всем энергетическим организациям, не входящим в структуру РАО «ЕЭС России».


Очередной номер | Архив | Вопрос-Ответ | Гостевая книга
Подписка | О журнале | Нормы. Стандарты | Проекты. Методики | Форум | Выставки
Тендеры | Книги, CD, сайты | Исследования рынка | Приложение Вопрос-Ответ | Карта сайта




Rambler's Top100 Rambler's Top100

© ЗАО "Новости Электротехники"
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции
При цитировании материалов гиперссылка на сайт с указанием автора обязательна

Segmenta Media создание и поддержка сайта 2001-2020