Новости Электротехники 3(123) 2020





<  Предыдущая  ]  [  Следующая  >
Журнал №2(26) 2004
От качества проектной документации во многом зависит дальнейшая судьба конкретного объекта. Электроэнергетика же является одной из самых опасных отраслей промышленности, но в то же время совершенно необходимой для обеспечения жизнедеятельности людей. Что сегодня происходит в институтах, основной задачей которых является проектирование электрических сетей? Об этом – в нашем разговоре с директором ООО «Вологдасельэнергопроект» Владимиром Шийко.

СИТУАЦИЯ С КАЧЕСТВОМ ПРОЕКТИРОВАНИЯ В РОССИИ ПОСТЕПЕННО ВЫПРАВЛЯЕТСЯ



Владимир Шийко,
директор ООО
«Вологдасельэнергопроект»

– Специалисты многих строительно-монтажных и эксплуатационных организаций считают, что за последние пару десятков лет резко снизился уровень проектирования. Владимир Павлович, вы согласны с этим?

– Проблема возникла в начале девяностых годов прошлого века. Заказов было очень мало, соответственно, и зарплата была очень низкая. Многие этого не выдержали, ушли в коммерческие структуры или вообще сменили специальность. В «Вологдасельэнергопроекте» тоже было время, когда мы вынуждены были проводить сокращения из-за очень малого объема работ.
Так, практически распались крупные институты, а с течением времени потребность в проектировании все увеличивалась. В результате появились небольшие ООО, ЗАО и так далее, которые нанимали специалистов и пробовали что-то проектировать. Амбиций было много, опыта – никакого, соответственным было и качество проектов. У некоторых крупных институтов с уходом профессионалов качество работы также ухудшилось.
За эти годы произошел разрыв поколений. В проектных институтах работают либо очень пожилые люди (хотя никто не ставит под сомнение их профессионализм, но в силу возраста им уже довольно сложно угнаться за современными технологиями), либо совсем молодые ребята, которым нужно еще лет пять, чтобы стать нормальными, крепкими проектировщиками.
К тому же существовавшая ранее единая централизованная техническая политика и система проектирования были нарушены с распадом крупных всесоюзных энергетических институтов, таких как «Энергосетьпроект» и «Сельэнергопроект», на региональные институты.
Конечно, существовали плюсы и минусы в такой централизации. Но главное в том, что проектные институты обладали столь нужной им информацией.
Но затем система рассыпалась, проектирование электросетей было пущено в «свободное плавание», и проектным институтам потребовалось время, чтобы начать возвращать качество проектов на должный уровень. Считаю, что сейчас ситуация улучшается.
В последние годы мы наблюдаем резкий рост технического прогресса, на рынке постоянно появляются новые технологии, электротехническое оборудование... И нам, проектировщикам, приходится буквально на ходу перестраиваться, заново учиться, чтобы не отстать от жизни.

– И каковы сейчас главные проблемы проектных институтов?

– Основная – это заказы и своевременная оплата. Проектный институт – не завод, и, как правило, давать предоплату за проект никто не стремится. Кроме того, не все заказчики свое-временно рассчитываются за уже выполненные проекты.
Отсутствие же должного финансирования замедляет процесс внедрения новых компьютерных технологий, без которых невозможно проектирование на современном уровне, что в результате может сказаться и на качестве проектов.
Серьезную трудность для институтов представляют очень сжатые сроки проектирования, так как при появлении финансовых средств у заказчиков проектирование и строительство назначаются зачастую одновременно.
Еще одна трудность состоит в том, что отсутствуют комплексные программы для проектирования ВЛ 0,4-110 кВ, которые бы позволяли выполнять не только графическую, но и расчетную часть проекта.
Но при этом в настоящее время в «Вологдасельэнерго-проекте» используется ряд современных технических средств, которые позволяют быстро, эффективно и с высоким качеством выпускать проектную документацию. К ним могу отнести новую цифровую инженерную систему Kipstar 2053. Также используются современные программные средства Компас-График V6.0 для проектирования зданий, сооружений, планов и разрезов подстанций, всевозможных электрических схем, выпуска спецификаций, опросных листов и т.д. Для проектирования внутреннего электроснабжения используется программа «Светокад».

– Вы упомянули о том, что одной из причин некачественных проектов стал недостаток информации. Из каких источников вы черпаете ее сейчас?

– Из всех нам доступных. Во-первых, много информации идет от самих заводов-производителей.
Заводы конкурируют между собой, поэтому мы «на себе» ощущаем появление новых разработок, нового оборудования.
Во-вторых, наш институт имеет аккредитацию при РАО «ЕЭС России», все лицензии и сертификаты. То есть знаем всю техническую политику единой энергосистемы. Кроме того, поддерживаем деловые отношения со многими отраслевыми институтами.
Ну и в-третьих, мы стараемся укреплять свои технические службы, вводим в штат специалистов, которые отслеживают, в том числе и с помощью интернета, и с помощью СМИ, все передовые технологии.
Централизация была удобна тем, что меньше энергии приходилось затрачивать, меньше, может быть, и самим думать. Сейчас приходится работать более напряженно, проявлять собственную инициативу.

– Кто основные заказчики «Вологдасельэнергопроекта» и какие проекты вы выполняете?

– Мы работаем для всех энергосистем, находящихся в составе «Северной энергетической управляющей компании», то есть для «Вологдаэнерго», «Архэнерго» и «Костромаэнерго». Но основные заказы для нашего института идут из Вологодской области. Причем мы занимаемся проектами воздушных линий от 0,4 до 110 кВ, электрических подстанций, других объектов энергетики. Для «Вологдаэнерго», «Вологдакоммун-энерго», «Севергазпрома», предприятия «Северные магистральные нефтепроводы» и многих других.
В последние годы мы провели большую работу по инвентаризации так называемых бесхозных сетей Вологодской и Архангельской областей. Что это такое? Раньше в этих регионах была сильно развита лесная и лесоперерабатывающая промышленность, свои линии электропередач, подстанции, крупные поселки. В процессе реформ все практически развалилось. И распредсети 0,4 кВ, 10 кВ остались бесхозными, то есть не имеющими официального владельца... Если учесть, что строились они в 60-70-е годы прошлого века, а за последние 10-15 лет не реконструировались, то можно представить себе их состояние.
Работу по инвентаризации этих сетей, разработку программ их восстановления поручили нашему институту. Она была проведена по поручению региональных энергетических комиссий областей и при поддержке Северной энергетической управляющей компании. В настоящее время электрические сети, которые уже восстановлены, приняты на баланс и находятся на обслуживании ООО «Вологдаэнерго» и «Архэнерго».

– Как заказчики сейчас относятся к ценам на проектирование?

– По-разному. В подавляющем большинстве, конечно, пытаются торговаться, сбивать ту цену, которую запрашивает институт за разработку проекта. При этом не всегда обоснованно, но в результате мы с заказчиком практически всегда находим общий язык.
Поскольку в настоящее время пакет заказов проектов формируется через участие в конкурсных торгах, много внимания приходится уделять ценовой политике, которая должна учитывать интересы как института, так и заказчика.
Недавно руководством РАО «ЕЭС России» были утверждены базовые цены на проектирование электрических сетей институтами единой энергосистемы. Смысл в том, что стоимость проектных работ напрямую зависит от стоимости всего строительства того или иного объекта. Заказчиками этот документ был воспринят довольно болезненно, ведь стоимость оборудования, особенно устанавливаемого на подстанциях 35 и 110 кВ, постоянно растет. И получается, что, желая применить современную технику, заказчик вынужден больше платить и за проект. Но в целом считаю, что нынешние цены на проектирование электротехнических объектов достаточно объективны.

– Вопросы выбора оборудования для конкретного объекта – прерогатива вашего института? Или же вы выполняете требования заказчика?

– В последнее время уровень технической подготовленности заказчиков существенно повысился. Ведь у них, зачастую большие, чем у проектировщиков, возможности в посещении выставок, получении предложений от заводов-изготовителей. Поэтому при подготовке проекта идет обоюдный процесс обсуждения выбора того оборудования, которое будет применяться на объекте.
Могу лишь еще раз подтвердить, что многие наши клиенты, особенно это касается «Вологдаэнерго», стараются в последнее время масштабно внедрять новое оборудование и технологии.

– Изменились ли в последние годы приоритеты у заказчиков при выборе оборудования?

– Конечно, цена оборудования имеет большое значение, но, в отличие от недавнего времени, не главенствующее. Эксплуатационные расходы на обслуживание оборудования – вот на что смотрят в первую очередь наши заказчики. Возьмем, к примеру, «Вологдаэнерго». Специалисты этой энергосистемы побывали за рубежом, посмотрели, какое оборудование там применяется, как эксплуатируется. Увидели, что, например, в Финляндии один человек обслуживает несколько подстанций. У нас же для эксплуатации такого же количества подстанций привлекается в разы больше людей. И всем необходимо платить зарплату. Начали считать... Конечно, современное оборудование – изолированные провода, элегазовые выключатели на 110 кВ и вакуумные на 10 кВ – дороже традиционно применяемого. Но оно гораздо надежнее и легче в эксплуатации. Сейчас энергоснабжающие организации стали понимать, что в довольно высокой стоимости отечественной электроэнергии немалую долю составляют как раз эксплуатационные расходы, которые необходимо снижать.
Сейчас в Вологодской области уже запущены несколько 110-киловольтных подстанций с элегазовыми ячейками. В настоящее время мы проектируем еще одну подстанцию с ячейками концерна АВВ.

– В области ячеек 110 кВ производителей не так уж и много, а вот предприятий – изготовителей подстанционного оборудования на напряжение 10 кВ с каждым годом появляется все больше. Как вы оцениваете складывающуюся ситуацию?

– Уже традиционно в проекты подстанций среднего напряжения закладываются ячейки К-59 «Самарского завода «Электрощит». Изредка – К104М Московского «Электрощита».
Мы контактируем со многими производителями, но дело в том, что новым небольшим предприятиям достаточно сложно конкурировать с самарским заводом. У него огромные возможности как по разработке новых технологий, так и по возможностям переоснащения производства. Плюс за счет выпуска большого объема разнообразной продукции самарцам удается удержать цены на свое оборудование на вполне приемлемом для заказчиков уровне.

– Используете ли в проектах кабели из сшитого полиэтилена, самонесущие изолированные провода?

– Кабелей с изоляцией из СПЭ в проекты закладывается пока не очень много, но наблюдается тенденция к большему их применению. Правда, заказчики пока с недоверием относятся к продукции отечественных заводов, предпочитая кабели зарубежного производства – Nexans, Pirelli cables and systems.
А вот СИП в проектах воздушных линий используется уже достаточно широко, в том числе и российских заводов. Линейная арматура применяется при этом опять же импортная в силу пока недостаточного качества отечественной.

– В последнее время, в том числе и в нашем журнале, между специалистами идет полемика о материале для опор воздушных линий. Какова ваша точка зрения?

– Ситуация такова, что для воздушных линий до 10 кВ есть стремление и желание заказчиков закладывать в проекты ВЛ деревянные пропитанные опоры. Эксплуатационные свойства у дерева лучше, чем у бетона. Однако, как это ни парадоксально, при этом в строительстве применяются в основном железобетонные опоры.
Главная причина в том, что заводов, осуществляющих качественную пропитку дерева, на Северо-Западе мало. Есть одно предприятие в республике Коми, но его производственные возможности очень ограничены. А те пропитки, которые осуществлялись раньше полукустарным методом, уже никого не удовлетворяют.
Сейчас ищем выходы на других российских производителей пропитанных деревянных опор. Как промежуточный выход проектируем комбинированные линии, в которых промежуточные опоры – деревянные, а анкерно-угловые – железобетонные.

– Расскажите, пожалуйста, о самом интересном случаем в вашей практике, произошедшем за последние годы.

– Был такой из серии «было бы смешно, если б не было так грустно». И связан он с введением новых глав ПУЭ по воздушным линиям. Согласно ПУЭ, допускается устройство ВЛ вдоль автомобильной дороги на расстоянии полутора метров от нее в одном уровне. По старым правилам, необходимо было поставить так называемые «надолбы» у каждой опоры ВЛ для предот-вращения наезда на них транспорта. Согласно новым – ставить ограждение вдоль всей прокладываемой линии. Спроектировали, приступили к строительству... Так вот, ограждение обошлось заказчику в 50% от стоимости всей линии. Ему было очень грустно.




Очередной номер | Архив | Вопрос-Ответ | Гостевая книга
Подписка | О журнале | Нормы. Стандарты | Проекты. Методики | Форум | Выставки
Тендеры | Книги, CD, сайты | Исследования рынка | Приложение Вопрос-Ответ | Карта сайта




Rambler's Top100 Rambler's Top100

© ЗАО "Новости Электротехники"
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции
При цитировании материалов гиперссылка на сайт с указанием автора обязательна

Segmenta Media создание и поддержка сайта 2001-2020