Новости Электротехники 3(123) 2020





<  Предыдущая  ]  [  Следующая  >
Журнал №1(49) 2008

РЕФОРМИРОВАНИЕ ЭЛЕКТРОЭНЕРГЕТИКИ
Усилит или ослабит российскую экономику?

Казалось, что тема «Быть или не быть демонополизации российской электроэнергетики» исчерпала себя в 2003 году, когда был подписан пакет соответствующих законов и дан старт практическому реформированию отрасли. «Несомненно, реформы в российской электроэнергетике нужны, – писал Эдуард Шавров, который в последние предреформенные годы руководил Департаментом электроэнергетики Минпромэнерго. – Показатели отрасли скатились до уровня 1960-х годов, среднегодовые показатели ее развития сопоставимы с уровнем 1942 года, когда враг стоял у стен Сталинграда» (статья «Россия учла опыт мировых реформ. Насколько полно – покажет время», «Новости ЭлектроТехники», 2003, № 5).
В тот момент не было серьезного повода сомневаться, что авторы плана либерализации приняли во внимание возможные риски, просчитали вероятные последствия и что апокалиптические прогнозы скептиков беспочвенны. Однако сегодня мы находимся на пороге «новой эры» – не за горами 1 июля 2008 года, когда вслед за РАО ЕЭС уйдет в прошлое и госмонополизм в руководстве отраслью. В этой ситуации вопрос о целесообразности и тактике реформирования вновь становится актуальным: справится ли нынешняя экономика страны с преобразованиями в электроэнергетике, а самое главное, с их результатами?
Своими опасениями делится Валентин Александрович Сушко, чьи материалы регулярно появляются на страницах «Новостей ЭлектроТехники» и неизменно дают нашим читателям повод для непростых размышлений.


Валентин Сушко, к.т.н., доцент Чувашского государственного университета, г. Чебоксары

С конца прошлого века и до настоящего времени в ряде стран проходило и проходит реформирование электроэнергетики. Оно выражается в либерализации электроэнергетики, т.е. в отказе государства от контроля над тарифами на электроэнергию с целью введения свободной конкуренции и снижения при этом тарифов. Реформирование сопровождается в ряде случаев вертикальным разделением энергосистем с отделением генерирующей части. Следует отметить, что реформы в электроэнергетике практически нигде не достигли тех целей, которые заявлялись вначале, и привели к тому, что дальнейший процесс реформирования требует серьезных корректив. Например, в США реформа из-за проявления негативных последствий приостановлена до тех пор, пока не будет достигнуто общее согласие по вопросу о путях дальнейшего реформирования.
При этом условия проведения реформ во многих странах были в целом благоприятными, за исключением общей тенденции роста мировых цен на энергоносители: не было дефицита в производстве электроэнергии, избыточность генерирующих мощностей доходила до 40%, износ основных фондов не превышал нормативных показателей, а в инвестициях не было недостатка.

МИРОВОЙ ОПЫТ

Прежде чем говорить о реформировании российской энергетики, необходимо выяснить эффективность ее работы. С этой целью можно сравнить электроэнергетику России с энергетикой страны с развитой экономикой и схожими условиями, например, США.
Цена 1 кВт·ч электроэнергии в США составляет сегодня в среднем 7 центов [1]. Там существует свыше 3100 электрических компаний и 865 кооперативов по распределению электроэнергии, а также 65 кооперативов по генерации и распределению электроэнергии. Генерирующие мощности находятся примерно на 10 тыс. электростанций, средний тепловой КПД которых около 33%. Основные фонды электроэнергетики оцениваются в $800 млрд (60% приходится на электростанции, 30% – на распределительные системы, 10% – на линии электропередачи). Большинству электростанций 30 и более лет. При этом с 1990 г. потребление электроэнергии увеличилось примерно на 25%, а объем строительства ЛЭП сократился на 30%. В результате сеть перегружена. Потери мощности в системах электропередачи выросли с 5% в 1970 г. до 9,5% в 2001 г. [1].
Реструктурирование электроэнергетики США началось в 1992 г.
Федеральная энергетическая комиссия контролирует межгосударственные оптовые рынки, а агентства штатов и местные агентства – розничные рынки, регулируя цены и норму окупаемости для распределительных компаний.
Доля установленной мощности на станциях, работающих на конкурентной основе, возросла с 10% в 1977 г. до 35% в настоящее время, но эта тенденция замедляется. Аналитики в США считают, что требуется новое Федеральное энергетическое законодательство, но по внесенным начиная с 1996 г. многочисленным предложениям в Конгресс национальное согласие пока не достигнуто.
В переходный период от регулируемой электроэнергетики к рыночной в США из-за недостатков взаимодействия при интегральном планировании генерации и передачи электроэнергии обострилась проблема перегрузки сетей и был принят ряд неудачных решений по размещению генерирующих мощностей.
Из приведенных выше данных по электроэнергетике США следует, что стоимость электроэнергии там всего на 50–60% выше, чем в России, хотя энергоносители дороже в 4–5 раз, а зарплаты в электроэнергетике в 7–9 раз больше, чем в нашей стране. При этом темпы старения основного оборудования, КПД электростанций, условия работы магистральных и распределительных сетей незначительно отличаются от российских.
Приведенное сравнение позволяет сделать вывод, что российская электроэнергетика при сопоставимых условиях работы примерно в 3 раза менее эффективна, чем электроэнергетика США.
Следует отметить, что реформирование электроэнергетики в США продолжается уже 15 лет, но рыночные отношения частично затронули только сферу передачи и распределения электроэнергии. В процессе реформы выявились серьезные недостатки, и дальнейшее реформирование в Америке практически не ведется.
Очевидно, что прежде чем реформировать российскую энергетику, надо было бы разобраться в причинах ее неэффективности и принять соответствующие меры, чтобы избежать тяжелых последствий для экономики страны. Но этого сделано не было.

УСЛОВИЯ РЕФОРМИРОВАНИЯ В РОССИИ

В России основные положения реформирования электроэнергетики определены федеральным законом «Об электроэнергетике» [2] (далее – Закон), а перспективы развития энергетики – «Энергетической стратегией России на период до 2020 года» [3] и федеральной целевой программой «Развитие атомного энергопромышленного комплекса России на 2007–2010 годы и на перспективу до 2015 года» [4].
Реформирование в России с прекращением государственного контроля над тарифами на электроэнергию и переходом к конкурентному рынку электроэнергии проходит, в отличие от других стран, в отягчающих условиях, стечения которых не было прежде нигде в мировой практике, а именно:
  • износ основных фондов превышает 50%;
  • несоответствие производственного потенциала электроэнергетики мировому научно-техническому уровню;
  • дефицит производства электроэнергии по сравнению со спросом на нее;
  • дефицит генерирующих мощностей, не обеспечивающих покрытие пиковых нагрузок, и неразвитость магистральных и распределительных электросетей;
  • отсутствие средств в стране для инвестирования в электроэнергетику в достаточном объеме (ни собственных средств энергокомпаний, ни привлеченных заимствованных средств на кредитной основе);
  • необеспеченность ввода необходимых генерирующих мощностей топливными ресурсами;
  • технологическое отставание и недостаток производственных мощностей энергетического машиностроения (прежде всего отсутствие производства мощных газовых турбин и новых типов парогенераторов) и электротехнической промышленности;
  • резкое сокращение с конца прошлого века (в несколько раз) всей инфраструктуры электроэнергетики (числа научных и проектных организаций, наладочных и строительно-монтажных фирм), обеспечивающей ежегодный ввод мощностей лишь в пределах от 2 до 4 ГВт;
  • невозможность быстрого развития инфраструктуры электроэнергетики из-за отсутствия необходимого количества подготовленных квалифицированных кадров, вызванного разрывом поколений, когда в течение 15–20 лет квалифицированные кадры только выбывали из электроэнергетики, а молодые кадры в нее не приходили в силу сложившихся в стране экономических условий;
  • нарастание износа основных фондов и технологическое отставание по сравнению с мировым уровнем практически во всех отраслях промышленности (например, в нефтеперерабатывающей [5]);
  • совпадение сроков либерализации рынка электроэнергии с возможными сроками вступления России в ВТО;
  • «утечка мозгов», которая достигла 500–600 тысяч специалистов высокой квалификации всех отраслей науки и техники, выехавших на работу за границу.
Несмотря на указанные отягчающие обстоятельства для проведения реформы электроэнергетики России, дискуссия в СМИ и периодических научно-технических изданиях по принципиальным вопросам реформы, влияющим на ее конечные результаты и на экономику всей страны, до последнего времени практически не велась. Только в 2007 г. появилось несколько публикаций с прогнозируемыми результатами предстоящей либерализации рынка электроэнергии и критикой (например [6, 7, 8]), на которую оппоненты, по существу, не смогли ответить или уклонились от ответа [9, 10, 11].
Вместе с тем проведение широкой дискуссии крайне необходимо, как показала практика проведения подобных реформ в других странах. В этом вопросе большая ответственность лежит, как представляется, на научно-технической общественности электроэнергетической отрасли, так как она несет моральную ответственность перед обществом за результаты реформы. В случае катастрофических последствий реформирования в том виде, как оно проводится, общество будет вправе предъявить претензии к научно-технической общественности за ее молчание.

Основным доводом сторонников либеральной реформы является тезис о том, что только частный капитал способен восстановить, развивать генерацию и эффективно управлять ею, а конкурентная среда стабилизирует на минимально возможном уровне цены на электроэнергию с учетом необходимой прибыли для возврата инвестиций и развития производства.
Однако, во-первых, к моменту полной либерализации рынка электроэнергии в 2011 г. конкурентная среда создана не будет в силу различных причин, о которых речь пойдет ниже. Во-вторых, практика других стран показала, что после отмены контроля над тарифами со стороны государства цены на электроэнергию резко возрастали даже при существенном превышении предложения над спросом. Приверженцы реформы в России уклоняются от ответа на вопрос о том, какова будет стоимость 1 кВт·ч после либерализации рынка электроэнергии, и туманно отвечают, что она будет несколько выше, чем при государственной собственности на генерирующие мощности. При этом они, конечно, лукавят, умалчивая о том, что приток частного капитала в отрасль (в соответствии с рыночными законами) можно обеспечить лишь при условии минимизации рисков для возврата инвестиций в возможно короткий срок и обеспечения максимальной прибыли по сравнению с другими возможными направлениями капиталовложений. Такой гарантией для частного капитала может являться Закон [2], в соответствии с которым вводится свободный рынок электроэнергии.
Объективными факторами, которые повлияют на повышение стоимости электроэнергии в России, будут необходимость возврата инвестиций и предстоящее подорожание топлива в соответствии с [3] (прежде всего повышение внутренних цен на газ и уголь). Частный капитал инвестируется с целью быстрейшего его возврата и получения максимально возможной прибыли. Большая часть государственных инвестиций в соответствии с [3, 4] также подлежит возврату. Однако одним из определяющих факторов роста цен на электроэнергию после либерализации рынка будет невозможность создания конкурентной среды в ближайшие нескольких лет. Практика других стран показала, что для создания конкурентного рынка требуется избыток генерирующих мощностей до 40%, что при самых оптимистичных планах в России к 2011 г. недостижимо. Более того, как следует из ответов министра Минпромэнерго Виктора Христенко на пресс-конференции в ноябре 2007 г., в настоящее время определены инвестиции в электроэнергетику на ближайшие 3 года в объеме 500 млрд руб. (из необходимых 3 трлн руб. [7]) и имеются предпосылки выделения еще 500 млрд руб.
Таким образом, если считать, что инвестициями обеспечена шестая часть от запланированного объема, то с учетом времени на проектирование и минимальных сроков строительства ПГУ энергоблоков (2,5–3 года) можно сделать вывод о том, что к 2011 г. будет построено и введено в эксплуатацию в лучшем случае не более 4–8 ГВт генерирующих мощностей вместо 48 ГВт по планам РАО «ЕЭС России» [12]. Это означает, что электроэнергетика встретит полную либерализацию рынка с дефицитом генерирующих мощностей, что неминуемо вызовет непрерывный рост цен на электроэнергию.
Даже если предположить, что планы РАО «ЕЭС России» на ближайшие 3 года будут выполнены и в электроэнергетику за это время будет инвестировано около 3 трлн руб., а в последующие 10 лет до 2020 г. – еще 17 трлн руб [3] (при равномерном инвестировании), то с учетом возврата кредитов, которые в большинстве случаев берутся для инвестирования (на 6 лет под 15% годовых), в 2011 г. будут подлежать возврату инвестиции в сумме около 2,35 трлн руб. Контролируемые государством тарифы на электроэнергию до 2011 г. практически не позволят возвращать инвестиции. Возврат инвестиций в 2011 г. может привести к подорожанию 1 кВт·ч электроэнергии примерно на 2 руб. по сравнению с прошлым годом. Приведенное подорожание 1 кВт·ч в 2011 г. с целью возврата инвестиций можно считать минимально возможным. Стремление компаний, задействованных во всей цепочке проектирования и строительства электростанций, получить прибыль может привести к дополнительному росту цены 1 кВт·ч еще на 20–30 коп. Кроме того, учитывая, что стоимость топлива составляет до 60% стоимости электроэнергии, подорожание 1 кВт·ч за счет топливной составляющей может составить ориентировочно еще от 40 до 90 коп.
Таким образом, только из-за возврата инвестиций и подорожания топлива стоимость электроэнергии в России в 2011 г. может увеличиться на 2,6–3,2 руб. или примерно в 4 раза. С учетом факта, что рынок электроэнергии к тому времени останется дефицитным, скачкообразное повышение цены может даже превысить 4-кратное.
Естественно, такого стремительного роста цены электроэнергии не выдержит ни население, ни экономика. Доля электроэнергии в себестоимости многих продуктов питания, товаров повседневного спроса, услуг (например, городского и железнодорожного транспорта) составляет от 10 до 30% и более. Даже при 4-кратном увеличении стоимости электроэнергии цены на все товары и услуги вырастут, очевидно, как минимум в пределах от 20 до 100%. Это неминуемо вызовет волнения населения и колебания рынка. Даже в прогнозе [3] (разд. III, п. 8) признается, что «рост тарифов на электроэнергию должен сдерживаться, учитывая, что он оказывает наибольшее влияние на уровень инфляции и темпы экономического роста».

ЧАСТНЫЕ ИНВЕСТИЦИИ

Прогнозы развития энергетики страны [3] составлены в нескольких вариантах в зависимости от мировых цен на энергоносители. Эти планы рассчитаны на привлечение главным образом инвестиций частного капитала. Однако такая задача практически трудно выполнима даже при высоких мировых ценах на энергоносители.
При планируемых инвестициях до 2020 г. в сумме около 20 трлн руб. [3] они должны быть возвращены инвесторам примерно за 13–15 лет (с учетом того, что после 2020 г. также потребуются инвестиции для развития энергетики) и составят, с учетом процентов за кредиты, от 34 до 40 трлн руб. Ежегодная сумма возврата инвестиций только в энергетику составит в среднем от 2,3 до 2,7 трлн руб. Финансовая нагрузка на каждого гражданина, включая стариков и детей, в виде повышения цен практически на все товары и услуги составит как минимум от 16 до 19 тыс. руб. в год или от 1400 до 1600 руб. в месяц. Учитывая низкую заработную плату бюджетных работников и размер пенсий, такая финансовая нагрузка на население только для восстановления и модернизации энергетики представляется непосильной.
Приверженцы либеральной реформы до сих пор не дали ответа на вопрос, откуда можно получить требуемые огромные инвестиции. Причем пока остается неясным, какую часть из приведенных выше 500 млрд руб. составляют иностранные инвестиции, которым открыт широкий доступ в российскую электроэнергетику. В 2007 г. более половины иностранных инвестиций были направлены в энергетический сектор экономики России. Вслед за продажей зарубежным компаниям ОГК-4, ОГК-5, беспрецедентным правительственным гарантиям по возврату инвестиций зарубежной компании по строительству энергоблока Шатурской ГРЭС, от иностранных инвесторов поступают заявки на покупку и других генерирующих компаний. В Законе [2] декларируется «обеспечение энергетической безопасности Российской Федерации» (статья 6, п. 1), однако не разъясняется, каким образом она должна быть обеспечена. Если большая часть генерирующих компаний будет продана иностранцам, может ли это нарушить энергетическую безопасность России? Ответа пока нет.
В России имеется острый дефицит «длинных» денег, и в настоящее время строительство ряда энергоблоков начато за счет кредитов, взятых в зарубежных банках на достаточно жестких условиях. Попытки привлечь сбережения граждан в инвестиционные фонды или для покупки акций генерирующих компаний не могут иметь серьезной перспективы, поскольку в России нет закона о защите инвестиций.
Можно предположить, что российский частный капитал в настоящее время в состоянии обеспечить только небольшую часть требуемого объема инвестиций в энергетику.
При этом в России есть достаточно крупный возможный источник инвестирования в электроэнергетику – это золотовалютные резервы страны. В настоящее время золотовалютный запас России составляет около 10 трлн руб. и хранится в основном в ценных бумагах США и стран Евросоюза под 3–4% годовых. Если бы он, хотя бы частично, использовался для кредитования частного российского капитала на развитие таких стратегических отраслей, как энергетика, даже под 10% годовых, можно было бы развивать промышленность и инфраструктуру собственной страны. Часть золотовалютных резервов РФ выделена в Стабилизационный фонд, но пока отсутствует установленный законом механизм его использования.
В стране нет органа, который мог бы объективно оценить состояние различных отраслей промышленности и секторов экономики России, их значение для дальнейшего развития страны, эффективность вложения в них инвестиций и выстроить требующие решения проблемы в приоритетный ряд с учетом ограниченных возможностей Стабилизационного фонда, материальных, кадровых и интеллектуальных возможностей России на данном этапе.

ПРОГНОЗЫ

Как следует из вышесказанного, в ближайшие несколько лет в нашей стране не будут созданы объективные условия для образования конкурентного рынка электроэнергии с равными условиями для всех его участников по следующим причинам:

  • дефицит генерирующих мощностей;
  • продажа действующих генерирующих мощностей по низким ценам (от $450 до $750 за 1 кВт установленной мощности);
  • отсутствие возможности многотарифных расчетов в течение суток за активную электроэнергию, что способствует завышению цен на нее;
  • нерешенность правовых и имущественных вопросов, касающихся деятельности в рыночных условиях Системного Оператора (СО) и частоторегулирующих электростанций по поддержанию частоты в энергосистеме России;
  • отсутствие необходимой генерации реактивной энергии, торговли ею по многотарифным расчетам с потребителями.
Продажа генерирующих мощностей по низким ценам не будет стимулировать владельцев в дальнейшем создавать новые мощности взамен выбывающих, а, напротив, они будут полностью вырабатывать технический ресурс действующих мощностей и уходить из этого бизнеса. Высказываемые предложения по консервации таких брошенных мощностей [11] нереальны, т.к. для сохранения работоспособности оборудования необходимо периодическое проворачивание всех механизмов, содержание определенного технического персонала, охраны, обеспечение электроснабжения. Всё это потребует немалых затрат, которые неизвестно кто будет нести.
В Законе [2] даже не ставится вопрос об оптовой торговле электроэнергией в зависимости от суточного графика нагрузки. А между тем цена 1 кВт·ч должна быть совершенно разной (как и его себестоимость), если электроэнергия востребована в ночные часы (при спаде нагрузки), в базисной части дневной нагрузки, в полупиковой или пиковой части графика нагрузки. Для продажи электроэнергии по многотарифным ценам в стране не созданы условия ни в электроэнергетических компаниях, ни у потребителей.
Генерирующие компании, очевидно, не будут заинтересованы в продаже электроэнергии для покрытия пиковых нагрузок или не смогут их обеспечить, не имея достаточных мобильных генерирующих мощностей в виде ГТУ энергоблоков (особенно в зимний период). Электроэнергия для покрытия пиковых нагрузок может стоить в несколько раз больше средней цены 1 кВт·ч, например, на ГТУ с использованием авиационных двигателей. Пока это в Законе [2] никак не учитывается. Для перехода на многотарифную торговлю электроэнергией и многотарифный ее учет во всей стране потребуется, очевидно, не менее 5–7 лет.
В соответствии с Законом [2] ответственность за автоматическое регулирование частоты электрического тока и мощности в Единой энергетической системе России (ЕЭСР) возлагается на СО (статья 14, п. 1). При этом совершенно упускается из виду тот факт, что регулирование частоты будет осуществляться СО только с помощью частных электростанций, которые будут привлекаться к регулированию частоты путем покрытия внеплановой части графика нагрузки. Но юридические основы для такого взаимодействия СО с владельцами частных электростанций в Законе [2] не установлены (в вопросах порядка определения цен, условий заключения договоров на продажу внеплановой электроэнергии и других условий, затрагивающих права собственности владельцев электростанций).
В настоящее время в связи с недостаточностью мобильных мощностей к регулированию частоты привлекаются ГЭС, а также ТЭС. Но ТЭС экономически не заинтересованы в участии покрытия внеплановой части графика нагрузки и после введения рыночных отношений в электроэнергетике, автоматическое регулирование мощности на частных ТЭС для покрытия внеплановой нагрузки может быть попросту отключено. При этом отклонения частоты в ЕЭСР могут значительно превышать допустимые по ГОСТ 13109-97. Статья 32, п. 2, Закона [2] в части подачи поставщиками электроэнергии заявок на всю генерирующую мощность касается «обеспечения процесса планирования и производства электрической энергии», т.е. плановой части графика нагрузки, но не внеплановой.
Таким образом Закон [2] не позволяет СО выполнять возложенные на него функции, а при попытках выполнять свои функции СО будет нарушать имущественные права владельцев электростанций и привлекаться к ответственности в соответствии со статьей 13 (п. 1 и п. 2) Закона [2].
Кроме активной электроэнергии, в ЕЭСР необходимо планировать определенное количество и реактивной электроэнергии, т.к.
не все потребители и не во всех режимах работы оборудования обеспечивают полную компенсацию потребляемой реактивной электроэнергии. Для обеспечения требуемого по ГОСТ 13109-97 качества электроэнергии (прежде всего по допустимым отклонениям напряжения от номинального у потребителей) и снижения дополнительных потерь активной электроэнергии от перетоков реактивной мощности, ФСК и сетевые распределительные компании должны обеспечить необходимые объемы генерации реактивной мощности, а также учитывать с помощью многотарифных счетчиков реактивной энергии объемы ее потребления и генерации потребителями. Вполне очевидно, что потребители должны платить за потребляемую реактивную электроэнергию и получать в каком-то виде компенсацию за ее генерацию. Однако никакие правовые и коммерческие аспекты этой проблемы в Законе [2] не нашли отражения.
Из перечисленных выше нерешенных вопросов следует, что несовершенство правовой, нормативной базы и технического обеспечения электроэнергетики не позволит ей эффективно работать в рыночных условиях с учетом интересов как производителей, так и потребителей электроэнергии. Несовершенство управления ЕЭСР в рыночных условиях и несовершенство самого рынка электроэнергии будут приводить к дополнительным потерям электроэнергии и экономическому ущербу, возмещение которого будет перекладываться на потребителей в виде повышения тарифов на электроэнергию.

ЧТО ДЕЛАТЬ

Количество возможных вариантов действий государства для предотвращения катастрофического развития событий в результате реформирования электроэнергетики невелико и определяется допустимыми темпами роста тарифов на электроэнергию, которые должны рассчитываться исходя из повышения уровня инфляции и темпов экономического роста в стране. Такой рост тарифов не может превышать 30–40% в год.
Можно представить следующие варианты развития событий:
1. Возврат к контролю над тарифами на электроэнергию со стороны государства.
2. Задержка введения свободного рынка электроэнергии до соз- дания реальных условий для конкуренции на этом рынке.
3. Заключение соглашения между Правительством РФ и собственниками генерирующих компаний о предельных допустимых темпах роста цен на электроэнергию.
4. Сохранение в собственности государства достаточного количества генерирующих мощностей для значительного влияния на ценообразование на оптовом рынке электроэнергии.
Следует отметить, что эффективность рассматриваемых вариантов может быть недопустимо снижена при параллельном во времени реформировании других отраслей экономики, оказывающих влияние на энергетику, например, железнодорожного транспорта (с быстрым ростом тарифов на грузовые перевозки), угледобывающей промышленности (со значительным повышением цен на уголь) и др.
Первый вариант с возвратом к контролю над тарифами со стороны государства практически невозможен после продажи ряда генерирующих компаний зарубежным инвесторам. Россия уже поставила себя в зависимое положение от других стран и была бы обвинена в ущемлении прав собственности зарубежных компаний с возможным преследованием через международные суды, подвергалась бы политическому давлению извне. Выкупить обратно проданные генерирующие мощности вряд ли возможно.
Второй вариант принципиально возможен. В соответствии со статьей 27 Закона [2], государственное регулирование вводится в условиях ограничения или отсутствия конкуренции (ст. 27, п. 1), хотя определение конкурентного рынка в Законе [2] нуждается в уточнении и дополнении (например, о количественном соотношении предложения и спроса). В этом варианте предлагается отложить на несколько лет введение свободных цен на электроэнергию и продолжить государственное регулирование тарифов на электроэнергию до появления нормативных условий (которые требуется еще определить) для создания конкурентного рынка. Конечно, владельцы генерирующих компаний будут настаивать, чтобы в этот период был возможен возврат инвестиций. Решение должно быть, очевидно, компромиссным с учетом интересов инвесторов и государства, которому придется, возможно, пойти на какие-то преференции для инвесторов.
Третий вариант может быть использован после окончания продленного срока государственного регулирования тарифов и создания реальных условий для конкурентного рынка электроэнергии. Однако заключение соглашения между Правительством РФ и собственниками генерирующих компаний о предельно допустимых темпах роста цен на электроэнергию может затянуться, если вообще окажется возможным, т.к. противоречит насущным интересам собственников компаний по возврату инвестиций. Такое соглашение возможно, если оно будет подкреплено детальными и убедительными расчетами потерь инвесторов от увеличения уровня инфляции, вызванного быстрым ростом цен на электроэнергию.
Четвертый вариант может быть реализован, если при вводе новых мощностей тепловых электростанций под контролем государства окажется не менее 30–35% ТЭС. В этом случае, с учетом того, что под контролем Газпрома будет находиться около 35% существующих генерирующих мощностей на ТЭС [13], контроль государства мог бы распространяться примерно на половину генерирующих мощностей в стране (включая АЭС и ГЭС), что в значительной мере могло бы стабилизировать ценообразование на электроэнергию.
Таким образом, только самая активная позиция государства при проведении реформирования электроэнергетики еще может предотвратить прогнозируемый катастрофический ход развития событий с переходом в системный экономический кризис, который может вызвать и кризис политический.
Вывод о негативных последствиях реформы электроэнергетики можно сделать исходя из отдельных высказываний либеральных реформаторов. Так, они подтверждали неоднократно, что наибольший рост цен на электроэнергию придется на 2011–2012 гг. Один из руководящих работников РАО «ЕЭС России» Дмитрий Аханов заявил на интернет-пресс-конференции 16 октября 2007 г., желая, очевидно, успокоить общественность [14]: «…тарифы, безусловно, вырастут, но для населения цена будет расти не так стремительно, как для промышленных предприятий…», и далее: «…что же касается роста цен на электроэнергию для промышленных предприятий, то повышение будет существенным». Дмитрий Аханов мог бы, при желании, с полным основанием уточнить, что стремительный рост цен на электроэнергию для промышленных предприятий будет означать и взлет цен на все товары и услуги с вытекающими из этого последствиями для экономической и политической ситуации в стране.

НУЖЕН ЛИ НОВЫЙ ГОСПЛАН?

Компетентным органом в стране, ответственным за разработку программы диверсификации промышленности и экономики в целом, мог бы стать некий Центр стратегического планирования, или Новый Госплан.
В российском обществе складывается опасная иллюзия, что после трех тяжелейших кризисов конца прошлого века в СССР и в России и разрушения основных фондов существует довольно простой рецепт их восстановления и диверсификации всей эконо- мики – привлечение частного капитала при минимальном участии в этом процессе государства. Опыт других стран, в частности Японии и Китая, показал, что для диверсификации экономики в подобной ситуации требуется мобилизация всех сил и ресурсов государства, частного бизнеса и населения страны при управлении процессом со стороны государства. При этом государство:
  • определяет приоритеты и очередность решения стратегических задач при ограниченных финансовых, материальных, кадровых и интеллектуальных ресурсах государства и бизнеса;
  • организует взаимодействие и создает привлекательный инвестиционный климат для частного бизнеса при последовательном решении стратегических задач (управляет процессом перетоков частного капитала);
  • инвестирует государственные средства прежде всего в развитие инфраструктуры, а при необходимости кредитует частных инвесторов;
  • во взаимодействии с частным бизнесом управляет процессом подготовки рабочих, технических и научных кадров в необходимых объемах и в определенных временных рамках;
  • проводит социальную политику с учетом приоритетных стратегических задач.
Решение вышеуказанной задачи в России без создания Нового Госплана вряд ли возможно. Например, в США подобным центром планирования и решения стратегических задач в свое время и в более ограниченном объеме была государственная фирма Rend Corporation, которая имела небольшой по численности персонал и нанимала высококвалифицированных специалистов и ученых для решения конкретных стратегических задач.
Деятельность Нового Госплана была бы успешной при использовании методов системного планирования. В свое время СССР научил весь мир таким методам, которые начали потом успешно применяться в странах с рыночной экономикой. В этих странах планировалось и планируется в настоящее время взаимодействие государства, частного капитала и населения (на социальном, законодательном уровне, а также в виде различных мер регулирования: субсидий, преференций и др.) для решения стратегических задач по тем или иным направлениям экономического развития страны. Одним из примеров такого планирования была разработка и реализация мер по преодолению в Голландии ставшего широко известным во всем мире «голландского синдрома» (деиндустриализации экономики), когда развитие газодобычи в стране на шельфе привело к деградации менее рентабельных отраслей промышленности.
К сожалению, после распада СССР методы системного планирования в России были утрачены. Отсутствие системного планирования и органа, им занимающегося, неминуемо приводит к тому, что все управленцы вынуждены работать в режиме пожарной команды и решать проблемы не заблаговременно, а лишь при проявлении отрицательных эффектов.
Продолжающиеся разработки прогнозов по развитию отдельных отраслей промышленности независимо друг от друга с требованием необходимых огромных инвестиций частного капитала совершенно не учитывают возможности потенциальных российских инвесторов. Если же рассчитывать на приток зарубежных инвестиций, то совершенно ясно, что они будут направлены в наиболее прибыльные отрасли и фирмы, что в целом не решит проблем экономики страны, но приведет к целому ряду угроз национальной безопасности. Очевидно, что проблема прекращения продолжающегося разрушения основных фондов и перехода к развитию промышлен- ности может быть решена только государством при планировании приоритетов и использовании государственных финансовых, материальных, людских и интеллектуальных ресурсов; различных мер экономического, законодательного, социального регулирования для обеспечения решения стратегических задач в тесном взаимодействии с частным капиталом. Таким органом как раз и мог бы стать Новый Госплан, в котором были бы отделы, планирующие развитие отдельных отраслей, а их взаимодействие и увязку планов осуществлял бы центральный аппарат Нового Госплана.
Одной из задач Нового Госплана могла бы стать разработка научных подходов к принимаемым решениям на базе системного планирования и математического моделирования поведения рынка. Например, чем больше инвестиций в короткие сроки привлекается в развитие электроэнергетики, тем больше будет скачок цен на электроэнергию, обусловленный необходимостью возврата инвестиций частному капиталу. А это приводит к скачку инфляции и к снижению экономического роста или даже к экономическому кризису. Отсутствие инвестиций в электроэнергетику также приводит к экономическому спаду и в конечном счете к экономическому кризису. То есть два крайних решения приводят к практически одинаковому отрицательному результату. Математическое моделирование рынка с использованием структурных схем многоконтурных систем автоматического регулирования позволило бы определить оптимальные объемы и темпы роста инвестиций в электроэнергетику с целью минимизации ущерба для экономического развития страны.
Планирование действий государства могло бы вестись, очевидно, с использованием метода сетевого планирования и с разработкой многовариантных сетевых графиков, с учетом возможных вариантов развития мировой экономики.

ЛИТЕРАТУРА

1. «Сеть-2030»: Национальный взгляд на второе столетие электроэнергетики (Обзор материалов совещания по планам развития электроэнергетики США до 2030 г.) // Энергоэксперт. – 2007. – № 3. – С.34–39.
2. Федеральный закон № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» от 26.03.2003 (в редакции Федеральных законов от 22.08.2004 № 122-ФЗ, от 30.12.2004 № 211-ФЗ, от 18.12.2006 № 232-ФЗ). 3. Энергетическая стратегия России на период до 2020 года. Утверждена распоряжением Правительства Российской Федерации № 1234-р от 28.08.2003.
4. Федеральная целевая программа «Развитие атомного энергопромышленного комплекса России на 2007–2010 годы и на перспективу до 2015 года». Утверждена постановлением Правительства Российской Федерации № 605 от 06.10.2006.
5. Велетминский И. Отечественная нефтепереработка рискует не угнаться за спросом на качественный бензин // Российская газета. – 04.05.2007. – № 93.
6. Хомяков П.М. Энергетические проблемы и будущее России // Энергоэксперт. – 2007. – № 2. – С. 30–34.
7. Львов Д., Батенин В., Кудрявый В. и др. Потеря государственного контроля за рынком электроэнергетики приведет к развалу экономики // Энерго-INFO. – 2007. – № 4. – С. 44–46.
8. Беляев Л. Реформа электроэнергетики России: минусы без плюсов // Энерго-INFO. – 2007. – № 4. – С. 48–51.
9. Мнение ведущего научного сотрудника отдела энергетики газовой промышленности ООО «ВНИИГАЗ» Крылова Д.А. // Энерго- эксперт. – 2007. – № 2 – С. 35.
10. Конца света не будет (интервью с исполнительным директором Бизнес-единицы №1 РАО «ЕЭС России» Игорем Цурановым) // Энергоэксперт. – 2007. – № 2. – С.36–38.
11. Вячеслав Кравченко: Мы последовательно движемся к намеченным целям // Энерго-INFO. – 2007. – № 4. – С.52–55.
12. Ковалев В.Д. Оценка возможностей электротехнических предприятий России по обеспечению инвестиционных программ развития электроэнергетики // Энергоэксперт. – 2007. – № 3. – С. 24–27.
13. Сангалова И. Последствия первого этапа реформирования РАО ЕЭС несколько спугнули инвесторов // Энерго-INFO. – 2007. – № 10. – С. 46–49.
14. Костычев Д. Конец одной монополии: завершается реорганизация РАО «ЕЭС России» // Энерго-INFO. – 2007. – № 11. – С. 22–23.




Очередной номер | Архив | Вопрос-Ответ | Гостевая книга
Подписка | О журнале | Нормы. Стандарты | Проекты. Методики | Форум | Выставки
Тендеры | Книги, CD, сайты | Исследования рынка | Приложение Вопрос-Ответ | Карта сайта




Rambler's Top100 Rambler's Top100

© ЗАО "Новости Электротехники"
Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции
При цитировании материалов гиперссылка на сайт с указанием автора обязательна

Segmenta Media создание и поддержка сайта 2001-2020